Опубликовано (обновлено) в каталоге: 13.10.2015

Народы Южной Сибири в тюркскую эпоху
Тюркское время: Уйгуры

Образование Уйгурского каганата в 745 году явилось результатом многовековой борьбы телеских племен, в первую очередь уйгуров, за политическую независимость, доминирующую роль в центральноазиатских этносоциальных объединениях и создание собственной государственности. Реальное воплощение этих тенденций, уходящих корнями еще в динлинскую эпоху теле, стало возможно после гибели Второго тюркского каганата, которой немало способствовали уйгуры и другие союзные с ними телеские племена. Как и все средневековые государства Центральной Азии, Уйгурский каганат был сложным полиэтническим объединением, в состав которого помимо собственно уйгуров (токуз-огузов с правящей династией Яглакар) входило большинство телеских племен (пугу, хунь, байырку, тонгра, сыге, киби), а также, в определенные периоды их истории, другие покоренные уйгурами народы (татары, кидани, басмалы, карлуки и чики). Главным противником уйгуров на севере Центральной Азии стали енисейские кыргызы, борьба с которыми, по-видимому, не прекращалась на протяжении всех 95 лет существования Уйгурского каганата.

В истории взаимоотношений между енисейскими кыргызами и уйгурами во второй половине VIII - первой половине IX веков можно наметить три периода.

Первый период - утверждение господства уйгуров на севере Центральной Азии. В 750 году уйгуры разбили чиков, присоединили к своим владениям территорию современной Тувы и провели северную границу государства по южным склонам Западных Саян, что описано в открытой в Монголии Терхинской надписи. В 751 году кыргызы в союзе с чиками и другими местными племенами образовали аитиуйгурскую коалицию, однако каган Моюн-чур (Боян-чор), опередив союзников, еще раз разбил чиков, затем карлуков и военные отряды кыргызов. Эти события нашли отражение в надписях знаменитого "Селенгинского камня" (памятник Моюн-чура) на реке Селенге в Северной Монголии. В 758 году уйгуры завоевали государство енисейских кыргызов, и "хагасский владетель" получил от уйгурского кагана титул хана. Однако, по мнению Л.Р. Кызласова, подчинение кыргызов было номинальным, так как "управителем в древнем государстве хакасов (кыргызов) остался все тот же хан, получивший на это право (очевидно, ценою откупа в виде дани) вместе со специальным титулом от Моюнчура".

Второй период – "позиционная война", известная стабилизация отношений, вызванная равновесием сил. В письменных источниках говорится, что "сие государство (енисейских кыргызов) было всегда в дружественных связях с Даши (Средняя Азия), Туфанию (Тибет) и Гэлолу (карлуки на Западном Алтае), но туфаньцы при сообщении с Хягасом (страной енисейских кыргызов) боялись грабежей со стороны хойху (уйгуров), вот почему брали провожатых из Гэлолу". Приведенный отрывок четко показывает расстановку политических сил в Центральной Азии во второй половине VIII века. Связи енисейских кыргызов с карлуками, помощью которых пользовались и тибетцы; враждебные действия по отношению, к ним уйгуров, через чью территорию проходили караванные пути, соединяющие страну енисейских кыргызов и Тибет. Из контекста источника следует, что кыргызско-тибетские связи, несмотря на препятствия со стороны уйгуров, успешно развивались. Это не могло не способствовать усилению государства енисейских кыргызов, что подтверждается и приведенными выше археологическими материалами.

Третий период - утверждение господства енисейских кыргызов, кыргызско-уйгурские войны и победа енисейских кыргызов над уйгурами. В 795 году уйгурская правящая династия Яглакар прекратила свое существование, и в Уйгурском каганате наступила пора междоусобиц. Следует заметить, что с 795 году почти ни один уйгурский хан не правил больше 3-4 лет. В 820 году кыргызский хан Ажо впервые без каких-либо санкций со стороны правителей других государств объявил себя каганом. Как отмечает Л.Н.Гумилев, "мать его была тюргешской княжной, а жена - дочерью тибетского полководца, следовательно, и с теми, и с другими у него были родственные связи". В том же году уйгурский каган Бао-и начал продолжавшуюся 20 лет войну против енисейских кыргызов.

В конце 830-х годов енисейские кыргызы вышли на территорию Монголии. Тогда кыргызский Ажо писал уйгурскому кагану: "Твоя судьба кончилась. Я скоро возьму золотую твою орду, поставлю перед ней своего коня, водружу мое знамя". В 840 году, пользуясь изменой уйгурского военачальника Цзюйлу Мохэ, вызвавшего нападение кыргызской конницы на столицу уйгуров, город Орду-Балык, енисейские кыргызы сокрушили Уйгурский каганат и захватили власть в Центральной Азии. Начался период "кыргызского великодержавия".

Падение Уйгурского каганата не было следствием только нашествия енисейских кыргызов, а явилось результатом целого ряда причин как внутренних, так и внешних. К внутренним причинам могут быть отнесены: разложение элиты уйгурского общества, стихийные бедствия 839 года, когда "был голод, а вслед за ним открылась моровая язва, отчего много пало овец и лошадей", и присоединение уйгурами территории современной Тувы, до этого занимавшей своеобразное буферное положение между государствами Центральной Азии и Южной Сибири. Внешние причины заключались в политике танского правительства, воспользовавшегося силами уйгуров для подавления восстания Ань-Лушаня, ослабившего силы уйгуров, возросшей силе енисейских кыргызов и заинтересованной политике Тибета, установившего договорные отношения с енисейскими кыргызами еще в начале VIII века. В результате кочевья уйгуров оказались зажаты между территориями союзных государств.

Несмотря на то, что Уйгурский каганат просуществовал дольше других центральноазиатских государственных объединений, конкретно об этнокультурной истории населения Уйгурского каганата известно очень мало. Объясняется это в первую очередь слабой степенью изученности археологических памятников, которые могут быть связаны с уйгурами. Наибольшее их количество исследовано в Туве. Это уйгурские городища и катакомбные погребения типа могильника Чааты I. По наблюдению Л.Р.Кызласова, "уйгурские городища расположены стратегически продуманно, по одной дугообразной линии, обращенной выпуклостью к северу, в сторону Саянского хребта, прикрывая центральные, наиболее плодородные районы Тувы от возможного вторжения северных соседей - древних хакасов (кыргызов)". К сожалению, материал из уйгурских городищ, представляющих не городища в полном смысле этого слова, а скорее оборонительные сооружения на случай военной опасности, недостаточно выразителен: это фрагменты керамики, зернотерки, отдельные металлические орудия и костяные поделки, имеющие достаточно широкий круг аналогий. Вместе с тем, Л.Р.Кызласов отметил глубокую, очевидно, принесенную из Северной Монголии и Забайкалья, хуннскую традицию в материалах тувинских погребений (форма, орнамент и технические приемы изготовления керамики; конструкция сложного лука), что, по его мнению, "свидетельствует о глубоких центральноазиатских корнях уйгурской культуры".

Преемственность культуры уйгуров Тувы с культурной традицией хуннского времени несомненна, что соответствует указанию письменных источников о том, что "предки дома ойхор (хойху, то есть, уйгуров) были гунны", и подтверждается общей территорией расселения хуннов и уйгуров на реке Селенге. Вместе с тем, особенности катакомбных погребений в Туве ставят ряд вопросов, на которые в настоящее время ответить трудно. Найденные здесь предметы не имеют ничего общего ни с изображениями на уйгурских росписях из Турфана, ни с реалиями тувинских изваяний так называемой "уйгурской" группы, а сам обряд захоронения (в катакомбах) не соответствует описанию погребального обряда уйгуров в письменных источниках. На этом основании А.А. Гаврилова высказала сомнение в уйгурской принадлежности катакомбных погребений в Туве. Л.А.Евтюхова считала возможным относить данное погребение к уйгурам. Ю.С. Худяков не исключает вероятность, что тувинские катакомбные захоронения "оставило население, находившееся в подчинении у уйгуров, но отличавшееся от них в этническом отношении". Последнее предположение вполне вероятно, но оно не противоречит принадлежности тувинских погребений уйгурам в широком, этнокультурном значении термина.

Значение уйгурского периода в этнической истории народов Южной Сибири еще до конца не оценено исследователями. Между тем материалы духовной культуры свидетельствуют, что уйгуры сыграли весьма значительную роль в формировании мировоззрения и культуры населения Саяно-Алтайского нагорья.

С распадением Уйгурского каганата связаны два важнейших события в истории народов севера Центральной Азии - широкое расселение енисейских кыргызов в середине IX века и сложение кимако-кыпчакского государственного объединения на Иртыше.


Оглавление:
  • Вступление
  • Периодизация
  • Сложение прототюркского субстрата: конец I тысячелетия до н.э.
  • Сложение прототюркского субстрата: первая половина I тысячелетия н.э.
  • Предтюркское время
  • Древнетюркские генеалогические предания
  • Тюркское время: Первый тюркский каганат
  • Тюркское время: Второй тюркский каганат
  • Тюркское время: Культура енисейских кыргызов
  • Тюркское время: Уйгуры
  • Позднетюркское время: "Кыргызское великодержавие"
  • Позднетюркское время: Кимако-кыпчакское объединение
  • Позднетюркское время: Алтае-телеские тюрки в IX-X веков
  • Процессы тюркизации Южной Сибири
  • Заключение

    © Авторский текст: Кузнецов Андрей Леонидович

    В статье использованы материалы книги Д.Г.Савинова "Народы Южной Сибири в древнетюркскую эпоху"


  • Поделиться ссылкой:


    Комментарии к статье Добавить комментарий


    Администрация сайта не несет ответственности за оставленные пользователями комментарии, но оставляет за собой право без предупреждений и объяснений причин удалить любой комментарий.


    Просмотров страницы: 725